Неточные совпадения
Но
дым, наполнивший комнату,
помешал моему противнику найти шашку, лежавшую возле него.
В сыроватой и сумрачной духоте, кроме крепкого
дыма махорки, был слышен угарный запах древесного угля. Мысли не
мешали Самгину представлять себя в комнате гостиницы, не
мешали слушать говор плотников.
Ночью дождя не было, а была тяжкая духота, она
мешала спать, вливаясь в открытое окно бесцветным, жарким
дымом, вызывая испарину.
Ехали долго, по темным улицам, где ветер был сильнее и
мешал говорить, врываясь в рот. Черные трубы фабрик упирались в небо, оно имело вид застывшей тучи грязно-рыжего
дыма, а
дым этот рождался за дверями и окнами трактиров, наполненных желтым огнем. В холодной темноте двигались человекоподобные фигуры, покрикивали пьяные, визгливо пела женщина, и чем дальше, тем более мрачными казались улицы.
— Ну, перестань же, перестань, — машинально уговаривал он, хотя Дуняша не
мешала ему, да и видел он ее далеко от себя, за облаком табачного
дыма. Чувствовал он себя нехорошо, усталым, разбитым и снова подумал...
Каждый день прощаюсь я с здешними берегами, поверяю свои впечатления, как скупой поверяет втихомолку каждый спрятанный грош. Дешевы мои наблюдения, немного выношу я отсюда, может быть отчасти и потому, что ехал не сюда, что тороплюсь все дальше. Я даже боюсь слишком вглядываться, чтоб не осталось сору в памяти. Я охотно расстаюсь с этим всемирным рынком и с картиной суеты и движения, с колоритом
дыма, угля, пара и копоти. Боюсь, что образ современного англичанина долго будет
мешать другим образам…
Вам не видать таких сражений!..
Носились знамена, как тени,
В
дыму огонь блестел,
Звучал булат, картечь визжала,
Рука бойцов колоть устала,
И ядрам пролетать
мешалаГора кровавых тел.
На славянофилах лежит грех, что мы долго не понимали ни народа русского, ни его истории; их иконописные идеалы и
дым ладана
мешали нам разглядеть народный быт и основы сельской жизни.
Когда Егорушка вернулся к реке, на берегу дымил небольшой костер. Это подводчики варили себе обед. В
дыму стоял Степка и большой зазубренной ложкой
мешал в котле. Несколько в стороне, c красными от
дыма глазами, сидели Кирюха и Вася и чистили рыбу. Перед ними лежал покрытый илом и водорослями бредень, на котором блестела рыба и ползали раки.
Был очень солнечный августовский день. Он
мешал профессору, поэтому шторы были опущены. Один гибкий на ножке рефлектор бросал пучок острого света на стеклянный стол, заваленный инструментами и стеклами. Отвалив спинку винтящегося кресла, Персиков в изнеможении курил и сквозь полосы
дыма смотрел мертвыми от усталости, но довольными глазами в приоткрытую дверь камеры, где, чуть-чуть подогревая и без того душный и нечистый воздух в кабинете, тихо лежал красный сноп луча.
Матвей хотел ответить что-то очень внушительное, но в это время с одной из кроватей послышался сердитый окрик какого-то американца.
Дыма разобрал только одно слово devil, но и из него понял, что их обоих посылают к дьяволу за то, что они
мешают спать… Он скорчился и юркнул под одеяло.
Мешая свои краски, теряя формы, дома города сливались один с другим; розовела и серебрилась пыльная зелень садов, над нею курился
дым, голубой и серый.
Однажды, когда, пуская
дым из длиннейшего гордового чубука, я читал какой-то глупейший роман, дверь отворилась и на пороге совершенно неожиданно появился отец в медвежьей шубе. Зная от меня, как враждебно смотрит отец мой на куренье табаку, не куривший Введенский, услыхав о приезде отца, вбежал в комнату и сказал: «Извини, что
помешал, но я забыл у тебя свою трубку и табак».
Андрей Иванович, в ожидании Александры Михайловны, угрюмо лежал на кровати. Он уж и сам теперь не надеялся на успех. Был хмурый мартовский день, в комнате стоял полумрак; по низкому небу непрерывно двигались мутные тени, и трудно было определить, тучи ли это или
дым. Сырой, тяжелый туман, казалось, полз в комнату сквозь запертое наглухо окно, сквозь стены, отовсюду. Он давил грудь и
мешал дышать. Было тоскливо.
Иногда он являлся в контору, долго сидел там и,
мешая Якову, жаловался, что вот он отдал все свои силы фабрике, детям, всю жизнь прожил запряжённый в каменные оглобли дела, в
дыму забот, не испытав никаких радостей.
Много передумал в эту дождливую ночь Артамонов старший. Сквозь горечь его размышлений струйкой
дыма пробивались ещё какие-то другие, чужие мысли, их как будто нашёптывал тёмный шумок дождя, и они
мешали ему оправдать себя.
Теперь юрты соседней слободы виднелись ясно, так как туман не
мешал. Слобода спала. Белые полосы
дыма тихо и сонно клубились в воздухе; по временам только из какой-нибудь трубы вдруг вырывались снопы искр, неистово прыгая на морозе. Якуты топят всю ночь без перерыва: в короткую незакрытую трубу тепло вытягивает быстро, и потому первый, кто проснется от наступившего в юрте холода, подкладывает свежих поленьев.
Петр Васильич не
мешал ему и преспокойно выпускал маленькими облаками
дым изо рта. Наконец Борис Андреич встал и с заметным волнением велел закладывать лошадей.
Спит королева. Умильно дышит. Ухнул солдат рому в кашу, ложку из-за голенища достал,
помешал, на стол поставил. Сам сел в углу перед печкой по-киргизски, да в трубу махорочный
дым пускать стал. Нельзя же в таком деле без курева.
Французские орудия опять поспешно заряжали. Пехота в синих капотах бегом двинулась к мосту. Опять, но в разных промежутках, показались дымки, и защелкала и затрещала картечь по мосту. Но в этот раз Несвицкий не мог видеть того, что̀ делалось на мосту. С моста поднялся густой
дым. Гусары успели зажечь мост, и французские батареи стреляли по ним уже не для того, чтобы
помешать, а для того, что орудия были наведены и было по ком стрелять.
Дым, особенно-густой от тумана,
помешал ему видеть в первое мгновение; но другого выстрела, которого он ждал, не последовало.
Войдя на курган, Пьер сел в конце канавы, окружающей батарею и с бессознательно-радостною улыбкой смотрел на то, что̀ делалось вокруг него. Изредка Пьер всё с тою же улыбкой вставал и, стараясь не
помешать солдатам, заряжавшим и накатывавшим орудия, беспрестанно пробегавшим мимо него с сумками и зарядами, прохаживался по батарее. Пушки с этой батареи беспрестанно одна за другою стреляли, оглушая своими звуками и застилая всю окрестность пороховым
дымом.